На всю жизнь
Это история о любви на всю жизнь.
Мы уже два месяца встречались. Она была ослепительно красива. Назовём её, для простоты — Будущая Миссис Сдзе.
— ...Да ну его, мой котик, — журчал из трубки её голос, — приезжай!
— Солнце моё... ну друг детства-же... три месяца не видел... и так далее.
— Моих родителей, между прочим, до трёх ночи дома не будет; они обещали...
Кровь из головы отхлынула куда-то, в область невыносимой любви.
— Ладно, заеду к нему — буквально, на полчасика. А затем — как-нибудь отоврусь. Люблю!
— Мой котик!
— Еду!
— Жду!
— Целую всю!
— Вешай трубку!
— Нет, ты!
— Нет, ты!
— Ты!
— Ты!..
Отодрал трубку от головы.
— Слышь, Лёш, я буквально на полчасика. Тётка моя лежит одна, мечется в жару, обещал заехать, ну сам понимаешь...
— Ладно, бро, я понимаю. Кстати! У меня как-раз для этого дела таблеточка есть... Не для неё, для тебя — чтоб не скучал там, у одра. Друган мой в аптеке работает...
Смотрю на скучный белый цилиндрик.
— Лекарство? Мне?? В цветущие двадцать лет?
— Это — Вайкодин. Болеутоляющее такое.
— Так у меня ничего не болит! Че за прикол-то?
— Эх, школота! — усмехается Лёша, — я тебя вообще когда-то херней кормил? Между прочим, наша фармацевтическая промышленность такое выдаёт, все твои барыги ей даже в подметки не годятся... Вырастешь — поймешь. Жри, короче.
Проглотил, запил водичкой. Лёша наливает рюмочку.
— Ну, за встречу!
Наливает еще одну.
— С двух рюмок — вставляет сильнее.
— А! Ну, раз с медицинскими целями...
Чокаемся.
— Давай — за прекрасных дам! Как там твоя новая, кстати?
— О, Лёша! — говорю, — О! О, — говорю, — Лёша!.. Похоже, она — будущая Миссис Сдзе!
— Страшно за тебя рад, старик... как это здорово когда находишь что-то своё, родное... на всю жизнь... прости, от этих болеутоляющих становлюсь сентиментален... как тебе таблеточка-то?..
— Да никак, че-т.
— Хмм... ну, может не твоё это...
— А, нет — стоп! Что-то ощущаю... Подожди — телефон.
— Котик, ты где?
— Скоро буду!
— Поскорее, котик! Жду!
— Еду!
— Целую!
— Лю... Пока!
— Ты вешай тру
Убираю телефон в карман.
— Кто это тебе звонил? Тётка? Как она, кстати?
— Знаешь, ей лучше. Сказала, я могу и попозже к ней. Слушай, насчёт таблетки этой — как её зовут, еще раз?
— Вайкодин. Болеутоляющее такое.
— Потрясающее... Действительно! Ничего не болит!
— Страшно за тебя рад, старик... как это здорово... прости, от этих болеутоляющих становлюсь сентиментален...
— О, Лёша! — говорю, — О! О, — говорю, — Лёша!.. Дай еще!
— Смотри, подсядешь... Кстати, у тебя телефон звонит.
— Да ну её... Некогда отвлекаться, когда находишь что-то своё, родное.
Это история о любви на всю жизнь.
Простите, страшно сентиментален становлюсь от этих болеутоляющих.

Мы уже два месяца встречались. Она была ослепительно красива. Назовём её, для простоты — Будущая Миссис Сдзе.
— ...Да ну его, мой котик, — журчал из трубки её голос, — приезжай!
— Солнце моё... ну друг детства-же... три месяца не видел... и так далее.
— Моих родителей, между прочим, до трёх ночи дома не будет; они обещали...
Кровь из головы отхлынула куда-то, в область невыносимой любви.
— Ладно, заеду к нему — буквально, на полчасика. А затем — как-нибудь отоврусь. Люблю!
— Мой котик!
— Еду!
— Жду!
— Целую всю!
— Вешай трубку!
— Нет, ты!
— Нет, ты!
— Ты!
— Ты!..
Отодрал трубку от головы.
— Слышь, Лёш, я буквально на полчасика. Тётка моя лежит одна, мечется в жару, обещал заехать, ну сам понимаешь...
— Ладно, бро, я понимаю. Кстати! У меня как-раз для этого дела таблеточка есть... Не для неё, для тебя — чтоб не скучал там, у одра. Друган мой в аптеке работает...
Смотрю на скучный белый цилиндрик.
— Лекарство? Мне?? В цветущие двадцать лет?
— Это — Вайкодин. Болеутоляющее такое.
— Так у меня ничего не болит! Че за прикол-то?
— Эх, школота! — усмехается Лёша, — я тебя вообще когда-то херней кормил? Между прочим, наша фармацевтическая промышленность такое выдаёт, все твои барыги ей даже в подметки не годятся... Вырастешь — поймешь. Жри, короче.
Проглотил, запил водичкой. Лёша наливает рюмочку.
— Ну, за встречу!
Наливает еще одну.
— С двух рюмок — вставляет сильнее.
— А! Ну, раз с медицинскими целями...
Чокаемся.
— Давай — за прекрасных дам! Как там твоя новая, кстати?
— О, Лёша! — говорю, — О! О, — говорю, — Лёша!.. Похоже, она — будущая Миссис Сдзе!
— Страшно за тебя рад, старик... как это здорово когда находишь что-то своё, родное... на всю жизнь... прости, от этих болеутоляющих становлюсь сентиментален... как тебе таблеточка-то?..
— Да никак, че-т.
— Хмм... ну, может не твоё это...
— А, нет — стоп! Что-то ощущаю... Подожди — телефон.
— Котик, ты где?
— Скоро буду!
— Поскорее, котик! Жду!
— Еду!
— Целую!
— Лю... Пока!
— Ты вешай тру
Убираю телефон в карман.
— Кто это тебе звонил? Тётка? Как она, кстати?
— Знаешь, ей лучше. Сказала, я могу и попозже к ней. Слушай, насчёт таблетки этой — как её зовут, еще раз?
— Вайкодин. Болеутоляющее такое.
— Потрясающее... Действительно! Ничего не болит!
— Страшно за тебя рад, старик... как это здорово... прости, от этих болеутоляющих становлюсь сентиментален...
— О, Лёша! — говорю, — О! О, — говорю, — Лёша!.. Дай еще!
— Смотри, подсядешь... Кстати, у тебя телефон звонит.
— Да ну её... Некогда отвлекаться, когда находишь что-то своё, родное.
Это история о любви на всю жизнь.
Простите, страшно сентиментален становлюсь от этих болеутоляющих.
