Музыкальная пауза
Мы тогда электронной музыкой увлекались, классической. Не классической-классической — скрипочки там разные, а электронной-классической — скрипы там всякие, биты, блипы, вау-мяу, крафтверк. Где-то после трёх ночи, раздавался настойчивый стук в дверь. Мы, конечно, знали, кто это. Но, все равно — открывали дверь и вопросительно смотрели на сгорбленную фигуру в мятой пижаме.
У соседа не было гортани и он разговаривал через маленькую, чёрную машинку, которую он приставлял к шраму на горле. Звуки из машинки выходили механические, как речь роботов из старых фантастических фильмов.
- Сво-ло-чи. Сколь-ко мож-но-то?..
- Простите? Я не расслышал. - подчёркнуто вежливо спрашивал я. Кто-то, в комнате, делал биты погромче.
- Не-мо-гу-спать-вы-клю-чи-те-на-ко-нец-то-э
Бум-бум... бум-бум... бум-бум...
- Чего-чего? Простите, можно повторить?
- Ч-то- мне-вы-з-вать-п-по-ли-ци-ю?
...Тыц-тыц-тыц-тыц...
- Вы-из-де-ва-е-тесь... - он разворачивался и уходил.
Мы делали музыку потише. Пусть отдохнёт дедуля. Мы ж не нарочно. Мы — прикольнуться. Мы ведь не злые. Мы ведь негромко. Мужик, правда, мы не знали, что так громко играем. Мы больше не будем!
Сосед опустил кухонный нож и тяжело вздохнул.
Мы тоже выдохнули — первый раз с того момента, когда мы открыли дверь, а он поднял руку с ножом и погнал нас внутрь квартиры.
- Четыре часа ночи! С половиной! Совесть у вас есть? Нормальных уговоров не понимаете, да?
- Мужик! Ты чего? Мужик?
- У меня дети маленькие! Мне через два часа вставать, двадцать часов баранку крутить! А от вас — бум-бум-бум! Дети просыпаются, плачут!
- Мужик! Не надо! У меня тоже — дети!
Лёва первый раз перевел взгляд с лезвия — на меня. И еле слышно хмыкнул.
Сосед смотрел на нас, на нож.
- Нужно быть тише... Я ведь нормальный человек... Не нужно шуметь...
Мы, всем видом, выражали безусловное согласие.
Он всхлипнул и выбежал из квартиры.
Лёва судорожно выдохнул:
- В-выз-з-в-вать п-по-лицию?
Когда, под тревожные скрипки, в телевизоре крадётся злодей с ножом, мне становится стыдно. А каждый раз, когда из телефона говорит: «оста-вай-тесь на ли-ни-и...» — грустно. Но делаю музыку погромче и плохое настроение проходит.
У соседа не было гортани и он разговаривал через маленькую, чёрную машинку, которую он приставлял к шраму на горле. Звуки из машинки выходили механические, как речь роботов из старых фантастических фильмов.
- Сво-ло-чи. Сколь-ко мож-но-то?..
- Простите? Я не расслышал. - подчёркнуто вежливо спрашивал я. Кто-то, в комнате, делал биты погромче.
- Не-мо-гу-спать-вы-клю-чи-те-на-ко-нец-то-э
Бум-бум... бум-бум... бум-бум...
- Чего-чего? Простите, можно повторить?
- Ч-то- мне-вы-з-вать-п-по-ли-ци-ю?
...Тыц-тыц-тыц-тыц...
- Вы-из-де-ва-е-тесь... - он разворачивался и уходил.
Мы делали музыку потише. Пусть отдохнёт дедуля. Мы ж не нарочно. Мы — прикольнуться. Мы ведь не злые. Мы ведь негромко. Мужик, правда, мы не знали, что так громко играем. Мы больше не будем!
Сосед опустил кухонный нож и тяжело вздохнул.
Мы тоже выдохнули — первый раз с того момента, когда мы открыли дверь, а он поднял руку с ножом и погнал нас внутрь квартиры.
- Четыре часа ночи! С половиной! Совесть у вас есть? Нормальных уговоров не понимаете, да?
- Мужик! Ты чего? Мужик?
- У меня дети маленькие! Мне через два часа вставать, двадцать часов баранку крутить! А от вас — бум-бум-бум! Дети просыпаются, плачут!
- Мужик! Не надо! У меня тоже — дети!
Сосед смотрел на нас, на нож.
- Нужно быть тише... Я ведь нормальный человек... Не нужно шуметь...
Мы, всем видом, выражали безусловное согласие.
Он всхлипнул и выбежал из квартиры.
Лёва судорожно выдохнул:
- В-выз-з-в-вать п-по-лицию?
Когда, под тревожные скрипки, в телевизоре крадётся злодей с ножом, мне становится стыдно. А каждый раз, когда из телефона говорит: «оста-вай-тесь на ли-ни-и...» — грустно. Но делаю музыку погромче и плохое настроение проходит.